Двери в небеса

ЛИСТАТЬ ЖУРНАЛ КУПИТЬ ЖУРНАЛ

Просмотров:  3121

Когда я впервые увидел парашют, мне было всего шесть лет. Но это был не просто парашют, это был аттракцион в парке развлечений одного из городов тогда еще советской, далекой страны. Ласковое, июньское утро, тополиный пух и красивые люди в самом лучшем парке моего детства! Много аттракционов, машинки, карусели, комната смеха и высоченная вышка с раскрытым куполом парашюта, висящего на тросах где-то в поднебесье.

Двери в небеса

О, да! Эта громадина в небе произвела на меня сильное впечатление. Я сразу захотел, чтобы и мне разрешили прыгнуть вниз, как это делали в кино лётчики, как это делали взрослые. Но меня, естественно, не пустили. А через несколько лет эти вышки закрыли, а еще позже и вовсе снесли. Так моя детская мечта, прыгнуть с парашютом с вышки, и не сбылась. Ни в детстве, ни потом.
Еще позже, уже повзрослев, я и вовсе стал бояться высоты. До сих пор холодок забирается за шиворот, когда я подхожу к краю балкона высотного здания или к перилам ограждения в каком-нибудь крупном торговом центре. Несколько раз, со своей женой и друзьями мы обсуждали, а не прыгнуть ли нам с парашютом, но я неизменно говорил им, что это – не для меня! Все эти прыжки с вышек на резинке, парашюты и прочие экстремальные развлечения с высотой – не моё, увольте. Я лучше с аквалангом поброжу в невесомости.
А на днях у меня зазвонил телефон. На экране мобильного высветился номер моего друга.
- Привет, я решил прыгнуть с парашютом!
- Вот это, да! Когда?
- В следующую пятницу!
- Вот это, да! Я с тобой поеду, хоть увижу, как это бывает!
- Прыгаем вместе!
- Нет, я еще не решился! – засмеялся я в ответ. На том и расстались.
Три дня пролетели, как один. Мы с женой собрали всю свою фотоаппаратуру и приехали в местный аэроклуб в назначенное время. Мой друг был уже там. Он успел оформить какието бумаги, заплатил за прыжок, и мы вместе прошли в ангар, в котором какие-то люди собирали парашюты, тренировались лёжа на особых досках с колёсиками, висели на лямках, закрепленных в потолке, и вообще, совершали множество действий, непонятных для непосвященных, коими мы, собственно, и были.
Ждали мы около часа. За это время, какая-то шумная компания провожала своего товарища в его явно первый полёт и прыжок. Они снимались на камеру, щелкали затворами фотоаппаратов, весело общались и поддерживали своего товарища смехом и улыбками. Потом они скрылись с инструкторами за воротами ангара, зашумели винты самолета, и через некоторое время наступила тишина. А уже через полчаса их шумная компания занесла своего счастливого товарища обратно практически на руках! Он был в восторге. Они сели у экрана телевизора и начали смотреть фильм о его прыжке, который, оказывается, снял второй инструктор.
Настала очередь нашего друга. К нам подошел инструктор и начал на хорошем английском объяснять товарищу, что это будет за прыжок, и какие действия будут нужны с его стороны. Я спросил его, на своем английском: «Как высоко будет находиться самолет во время прыжка?». На что получил ответ на чистом русском: «Прыгаем с двух километров!». Мы все рассмеялись. Инструктор был из России.
Через несколько минут моего товарища облачили в специальный комбинезон, окутали какими-то ремнями с прочными блестящими карабинами и замками и провели короткий инструктаж. Прокатили его на этой доске с колёсиками, объяснив, как он должен вести себя в воздухе, потом дали нам его сфотографировать, и мы все вместе вышли на летное поле.
Напротив ворот ангара стоял небольшой белый шестиместный самолетик с широкими боковыми дверями. Инструктор с нашим другом загрузились в самолет. Второй инструктор продолжал видеосъемку со своего шлема, в который были вмонтированы видео и фотокамеры.
- Подниматься будем минут двадцать, на земле – минут через двадцать пять…
- Поехали!
Мы помахали друг другу руками. Зашумел двигатель. Второй инструктор запрыгнул в самолёт, и уже через минуту лайнер бежал по взлетной полосе, унося нашего товарища к той мечте, на осуществление которой я так и не решился.
Мы с женой подготовили фотоаппаратуру и, вглядываясь в небо, пытались определить, когда и где будет прыжок, и удастся ли нам его заснять. Маленький белый крестик самолёта становился всё меньше и меньше в голубом небе, звук его мотора всё тише и тише, а вскоре мы и вовсе потеряли его из виду. Прошло минут пятнадцать. Мы сидели на траве, всматриваясь в небо, пытаясь увидеть, где же сейчас этот самолётик.
И друг мы отчетливо услышали шум мотора, который нарастал и приближался к зоне, где должен был быть осуществлен прыжок.
- Вот он! – я первым заметил белую точку. Мы тут же нацелили в том направлении объективы фотокамер, и я четко рассмотрел через видоискатель белый силуэт самолета. А еще, спустя несколько секунд, я увидел, как от него отделились две темные точки. Еще секунд через тридцать-сорок, я увидел, как начал раскрываться первый купол. Потом второй. Мы стали ждать приземления.
Через несколько минут с неба, словно камень, «свалился» один из инструкторов.
Он спустился на скоростном парашюте, раньше нашего товарища, пристегнутого к своему инструктору, чтобы успеть снять на видео их приземление.
Кстати, этот инструктор по имени Стивен – вылитый американский актёр Дольф Лунгрен. Вполне мог бы заменять его в фильмах!
- Стив! Ты знаешь, что ты очень похож на Дольфа Лунгрена? Стивен ничего не ответил, и лишь смущенно улыбнулся, собирая купол своего парашюта, видимо я был не первый, кто доставал его этим вопросом.
Еще через пару минут мы встречали нашего друга. Его купол всё ближе и ближе приближался к нам, ведомый уверенной рукой инструктора. Наш товарищ приземлился в тандеме со своим инструктором! На лице его был восторг, а в глазах светилось счастье!
Купол парашюта, словно огромный воздушный гриб, осел над их головами, а потом превратился в букет неведомого цветка.
- Ну, как?! – спросил я его.
- Кайф! Но, очень мало, – с восторгом ответил он, и мы дружно направились в ангар.
Мы фотографировали, он делился впечатлениями. А в это время нам уже показывали по телевизору короткий, но полностью готовый фильм, на котором был снят его прыжок. Фильм был мастерски смонтирован, дополнен музыкой и различными видео эффектами, а ведь не прошло и пяти минут, как мы вернулись в ангар. Молодцы! Хорошая организация дела. В фильме всё оказалось так быстротечно, совсем не страшно и так восхитительно, что я тоже задумался о том, что пора бы и мне совершить свой первый прыжок.
Друг рассказывал обо всех моментах этого своего приключения: как они поднимались, как его пристегивали к инструктору, как он впервые увидел землю из открытой двери самолёта. Как он впервые прыгнул в бездну! Как захватило дух, когда его инструктор начал делать кульбиты парашютом. Как неумолимо приближалась земля, и какими сладкими были 35 секунд свободного падения! А я всё думал про себя, что это и есть часть моей детской мечты, и что у меня еще есть шанс её воплотить.
Потом я начал его расспрашивать о том, зачем и почему он, всё-таки, решился на этот прыжок. На что он мне ответил так, как я в принципе и сам думал: «Мы живем очень однообразно. День за днем, год за годом повторяем один и тот же маршрут. Дом – работа – дом – работа. И так без остановки. Рутина обыденности делает жизнь всё более серой. Небо тускнеет, жизнь теряет всю остроту чувств, которыми она нас так радовала. И вот подходит такой момент, что всё это очень хочется изменить. Мы хотим изменить нашу жизнь, но не можем, или не знаем как. Наше «Я» не научилось меняться так быстро. Оно устроено по такому принципу, что это осознанное «Я», это словно компьютерная программа, написанная нашей жизнью по правилам, которые мы усваивали, начиная с самого детства. И самостоятельно очень трудно изменить уклад жизни, мироощущение, которое сформировалось годами. Наши рецепторы притупились, наше восприятие потеряло остроту красок. Мы уже не радуемся каждому новому дню, как это было в детские годы»…
Если наша жизнь нас уже чем-то не устраивает, если серость и внутреннее ощущение неизменности рутины бытия заставляет нас тяготиться этой серости, и кажется, что выхода уже нет, то это уже вполне достаточные симптомы, для встряски своего «Я». Организму нужна основательная биохимическая встряска.
Вариантов много! Есть менее радикальные, есть более. И один из множества способов – это ПРЫЖОК с ПАРАШЮТОМ! Если вы до этого еще не прыгали.
Адреналин в одно мгновение разрушит ваши многолетние цепочки отношений «я и не я», укоренившиеся в вашем мозгу. После приземления вы станете другим человеком.
Неизвестно, каким именно, но уже точно другим. Вы станете более свободным! Главное – пусть это будет ваш первый шаг к небу. Первый шаг к свободе вашего духа.
После прыжка вы можете смело сказать самому себе – Я ПОКОРИЛ НЕБО!
Мой друг покорил небо! А я сижу, рассматриваю фотографии его полета и его прыжка и думаю, что меня отделяет от моей детской мечты всего две тысячи метров…
И я обязательно прыгну с парашютом!
И я еще увижу землю, как на ладони!
Я смогу!..

/ DeFour /

Похожие статьи: