Многогранный Ваб Мабхут. Штрихи и эпизоды

ЛИСТАТЬ ЖУРНАЛ КУПИТЬ ЖУРНАЛ

Просмотров:  2332

Текст: Анастасия Зорина

Ваб МабхутВаб Мабхут, безусловно, красавец-мужчина. Но не из той категории сладких, что если добавить чуток сахарку, то ложку не вытащить. Он красив как-то по-настоящему, по-мужски. Это первое, о чем думаешь, когда с ним встречаешься.

Еще Ваб Мабхут, безусловно, талантливый человек. Из категории тех, кого Бог поцеловал в лоб. Причем – неоднократно и с большой любовью. Это понимаешь, когда знакомишься с тем, что он делает – будь то модели купальников или фотографии этих самых купальников. Он был портным, был модельером, был моделью, был фотомоделью, и, везде преуспев, стал фотографом, который любит знаменитостей и которого знаменитости любят. Что бы ни делал Ваб Мабхут, все у него получается. Может быть, эта эклектика, многогранность личности и делает его загадочным. Ибо Ваб Мабхут, безусловно, загадка. И все, чтобы он ни говорил о себе – лишь штрихи к его портрету, нарисовать который до конца кажется, даже он сам пока не в силах.

Штрих первый. Проектировщик мечты

«Когда мне было лет 13, я был болен кино. Но я смотрел его не так, как обычные дети – я проживал историю сам. Например, я всем говорил, что когда я вырасту, у меня будут такие же девушки, как у Джеймса Бонда. Все надо мною смеялись, считали, что я – мечтатель. Но я это сделал. Это была не мечта, это был план. Люди говорили мне, что у меня куча мечтаний, а я им говорил, что это – куча проектов.

Отец хотел, чтобы я стал врачом. Он даже подготовил мне место в одном из румынских университетов, чтобы я выучился на дантиста. Но мне не было никакого дела до зубов чужих людей! В то время я серьезно занимался бодибилдингом и хотел стать большим, знаменитым бодибилдером. Поэтому я провалил выпускные экзамены, не получил аттестат и после школы, на лето, отправился изучать Европу. Пожил в Париже, Лондоне и, приехав в Милан, решил остаться. У меня были проекты, которые я мог осуществить в этом городе.

Все о чем я мечтал, будучи маленьким мальчиком, стало реальностью. Всем, кем я когда-то мечтал быть, – я стал. И я всегда жил, воплощая свои планы, несмотря ни на что, и все они, несмотря на разные направления, сделали меня тем, кто я есть сейчас. Первым же проектом, шагом к грандиозной цели моей жизни, была учеба на модельера».

Эпизод первый. Детство. Марокко

«Мне было лет двенадцать, и я увлекался тем, что залезал на верхушки самых высоких деревьев, куда другие боялись залезть. Однажды мы с друзьями забрались на гору, и дошли до точки, откуда было тяжело идти дальше вверх, но еще тяжелее было спускаться обратно. Было очень страшно: если бы мы пропали или заблудились, никто даже не подумал бы искать нас на этой горе. Мой кузен начал рыдать, но у меня хватило силы духа, чтобы унять общую панику. Я смог вывести всю нашу компанию к подножью. И именно тогда я явственно осознал свою внутреннюю силу. Я не боюсь ничего. Может быть, внешне я очень сладкий и мягкий, но внутри я не такой – меня нельзя принимать за простачка».

Штрих второй. Модельер

«Мне нравились ткани, и у меня был хороший вкус, поэтому я решил стать портным. Когда я поступил в школу дизайна, в которой учились Доменико Дольче, Стефано Габбана и Франко Москино, я вернулся к отцу и сказал: «Ты хотел, чтобы я нашел себя, вот я и нашел, поддержи меня материально!». Он был шокирован – впервые я пошел против его желания. Но мой отец – очень мудрый человек, он понял, что я стал мужчиной, и поддержал мое решение. Отец купил мне билет, дал денег, и я уехал в Милан.

Через четыре года я окончил школу с отличием, и стал модельером высокой моды. Во время учебы я был приглашен работать в проект по созданию линии купальных костюмов для одной компании, поэтому взял курс по конструированию и шитью купальников и нижнего белья. Это было знаком судьбы – с тех пор именно купальники стали для меня, как модельера, любимой темой. Я очень люблю женщин, красивых женщин. И просто, таким образом, у меня есть возможность быть к ним ближе. Это шутка, но с долей правды. Моя первая коллекция вышла в 1987 году, 23 года назад. И если ее отдать в производство сегодня, она будет модной. Потому, что уже тогда я был революционером и видел будущее. Сейчас у меня есть свой собственный бренд – Wahb Beach Couture, но у меня слишком мало времени, чтобы им заниматься. Но я все равно его найду: у меня есть план – стать достойным конкурентом Victoria Secret.

Модельер во мне жив до сих пор. Даже сегодня могу сшить прекрасно сидящее вечернее платье, а уж брюки своим подругам я всегда подшиваю сам! Ювелирно. Все-таки, я профессиональный индустриальный портной».

Эпизод второй. Юность. Франция

«Когда я переехал во Францию, то первое время жил в доме моей подруги, вернее, в гостевом коттедже на территории владений ее родителей. Мне тогда было 19, ей – 16 лет. Чтобы родители меня не застукали, в коттедже я только ночевал, а все остальное время слонялся по городу. Как-то вечером я позвонил ей (тогда еще не было мобильных), чтобы она открыла калитку. Трубку подняла ее мать. Я прикинулся французом, но акцент меня выдал. Уже тогда ее родители что-то подозревали, а тут пришло подтверждение. Трубку взял ее отец, которому явно не по нутру было общение его юной дочери с каким-то подростком-арабом из Марокко. Он сказал, что ни вещей, ни паспорта я больше не увижу, и что я могу убираться ко всем чертям, иначе он вызовет полицию.

Меня охватила паника. И хотя я был очень робким по натуре, ситуация SOS сделала меня наглым и настойчивым. Я стал звонить им снова и снова. Они на меня кричали, но я хладнокровно вторил: «Я думаю, нам нужно спокойно поговорить». А когда я сообщил, что в противном случае завтра я попаду в колонки о криминальных происшествиях, мама подруги сломалась, пригласила меня в дом, накормила. Несмотря на протест отца, она разрешила мне пожить в коттедже еще несколько недель. Тогда я понял, что я умею добиваться своего, и вся моя после- дующая жизнь это доказала».

Штрих третий. Модель

«Однажды ко мне в клубе подошла женщина из знаменитого модного дома, моего любимого, который делал потрясающую одежду: ультрамодную, облегающую, сексапильную. Предложила поучаствовать в показе. Неделю я боялся ей позвонить, бросал трубку. Но, наконец, осмелился, и был приглашен на пробы. Меня одели, обули и попросили пройтись по подиуму. А я спрятался в кулису, где просидел 10 минут – ужасно стеснялся. На подиум меня вытолкали с горящими щеками, но меня почему-то взяли и заплатили за показ кучу денег.

Манекенщиком и моделью я решил стать только, чтобы преодолеть свою природную скромность и сделать очередной вызов себе самому. Я никогда не думал, что это очень поможет мне сформироваться, как модному фотографу. Стал тренироваться, день ото дня: ходил в модные магазины и смотрел показы мод по телевизору, а потом дома старался повторить. Сделав портфолио, я решил, что не отступлюсь, пока не пройду 13 самых лучших агентств, пусть меня и будут там «пинать».

И меня отфутболивали. Когда в одном месте мне предложили обратиться в новое агентство Ugly People («Некрасивые люди»), я жутко обиделся! Ну вот, думаю, приехали – только «Некрасивые люди» мне и подходят! Но визитку взял. Как сейчас помню, это была визитка Кельвина Френча, главного по моделям. Но на улицу Винченцо Моти, 26, я все-таки пошел, хотя и думал, что это было агентство персонажей. Оказалось, что название – просто трюк: в агентстве было полным-полно красивых, высоких и стройных мальчиков и девочек. Два раза Френч отправлял меня восвояси. На третий раз попросил состричь мой длинный «хвостик» и вернуться. Я состриг и вернулся.

Через две недели мне дали шесть шоу на Миланской неделе моды. Обычно начинающим дают 2-3, а мне – целых шесть. Моя скромность испарилась: на подиуме я творил сумасшедшие вещи, которые так нравятся дизайнерам. И поэтому в моем послужном списке модели и манекенщика есть практически все ведущие мировые Дома моды. Тогда же я подружился с Дольче и Габбана: почти пять лет на меня мерили их коллекции, от трусов до жакетов.

Я научился не только хорошим, но и плохим вещам: стал очень ленивым, ведь мне платили деньги практически ни за что. И еще я узнал, что среди женщин-моделей много умных, прекрасных людей. И даже сейчас у меня вызывает бурю протеста расхожее мнение, что у моделей нет мозгов! Но, главное, этот опыт дал мне очень многое, чтобы стать прекрасным фотографом. Например, с теми же Дольче и Габбана я три года работал как фотограф».

Эпизод третий. Зрелость. Москва

«Я вырос, понимая, что коммунистический мир – это почти как космос, что-то далекое и недоступное. Я даже никогда не мечтал попасть в Россию, но там жил мой родной брат, и мы решили, что надо этот шанс использовать. Когда мой самолет приземлился, я сам себе не верил. Первое, в чем я убедился, что нигде в мире в одном месте нет такого количества действительно красивых женщин, как в Москве. В Милане, например, много красавиц, но они приехали туда со всех концов света. Русские же девушки просто потрясающие: каждая вторая может быть моделью или фотомоделью! Конечно, мне, как фотографу, захотелось этих красавиц фотографировать.

Я решил обратиться в ведущие модельные агентства, хотя все вокруг уверяли, что без знакомств никто и ничего не будет делать. С Red Stars так сначала и получилось: они хотели, чтобы я им заплатил денег, и были вовсе не приветливы. Но не мне, фотографу такого класса, платить: в Европе модели со мной работают бесплатно.

Зато сразу получилось сработаться с Домом Славы Зайцева: сын Славы, Егор, оказался очень профессиональным и сразу оценил мои работы. Мы сделали великолепную фотосессию.

Но Red Stars не давал мне покоя. И я уперся, несмотря на все уговоры друзей оставить это бесперспективное дело. Но я победил: спустя какоето время они сами начали звонить и предлагать кастинги, съемки, моделей, лишь бы я поработал. В этом я весь – никогда никого не слушаю и если уж что-то решу, то с пути меня просто не сдвинуть».

Штрих четвертый. Знаменитый фотограф

«Лет двадцать назад я встал перед дилеммой – стать актером или фотографом. И хотя многие убеждали меня пойти в актеры, я все-таки, последовал своей мечте-проекту. Снимать я начал с первого года, как стал моделью. Тогда у меня была механическая камера из разряда простейших. Красавица... Работая как модель с сотнями фотографов, я всегда внимательно смотрел, как они снимают. И все это закачивал в память и выбирал для себя самое лучшее. Учился, подражая им, экспериментировал на своих друзьях. Многому научился и у стилистов, и у арт-директоров. И много, очень много, практиковался.

Я пробовал разные виды фотографии, но лучше всего у меня всегда получались женщины. И я не стал дальше искать, а сосредоточился на том, что я люблю. И здесь опыт воплощения моих прошлых мечтаний-проектов мне невероятно пригодился! Сегодня я могу подготовить съемку «от и до». И сам же потом сделать лучшие кадры. Всегда приятно найти то, что ты можешь делать лучше всего и лучше всех. И есть люди, которые создают тебе конкуренцию, но ты постоянно растешь и поэтому им тебя не догнать.

Сейчас я имею статус одного из лучших модных фотографов, специализирующихся на съемке купальных костюмов и нижнего белья. Например, последний номер Sports Illustrated в Южной Африке взял мои работы для первой и последней обложек. Я уже 9 лет работаю с этим журналом, и каждый год думаю, что они поменяют меня. Но я росту и вновь им подхожу лучше всех.

Я вырос до того, что могу сегодня браться за самые грандиозные проекты в области фотографии: если у меня будет достаточный бюджет, хорошая команда и модели, я могу сделать что-то потрясающее. Это – результат выполнения моих мечтаний-проектов. Но еще не конечный. Дальше будет кинематограф!»

Штрих пятый. Проектировщик будущего

«Мой следующий шаг – это создание фильма. Многим кажется, что я постоянно отхожу от курса, но это не так. Я просто учусь чемуто новому, и все, в результате, работает на достижение моей главной цели. Сейчас я могу генерировать и синтезировать полученный в жизни опыт, и это позволит мне выразить себя только лучше.

Моя история не будет дешевым боевиком, хотя в нем будут спецэффекты. Это – история любви, история о высокой ценности семейных отношений, история о природе, и о том, куда нас может завести пренебрежение к ней. Собственная тема, собственная идея, собственная постановка и режиссура.

Сценарий уже готов. Сегодня у меня в руках есть все инструменты для того, чтобы сделать проект лучшим образом. И я уверен, что он будет не менее успешным, чем «Матрица». Осталось только найти 25-30 млн долларов бюджета, а акул я не боюсь! Абсолютно!»

Эпизод четвертый. Зрелость. Южная Африка

«Это было около года назад в Дурбане. После просмотра «Челюстей» я ужасно боялся акул, но потом, повзрослев, сменил гнев на милость, и мне всегда хотелось поплавать в непосредственной близости от них. Когда я приехал на место, где проводятся подобные мероприятия, оказалось, что в то утро я был единственным желающим. Обычно таких 8-10 человек. И мне стало страшновато потому, что был только я, кинооператор и мастер. Они оба – эксперты. У меня хоть и был пятилетний опыт погружений, но с акулами – никакого! И это был вызов. Мы вышли в море, выбросили сетку с рыбой, а дальше все было как в кино: острые плавники, бороздящие воду, какие-то вибрации, большие тени в глубине. Они были огромные, невероятные! Я был ужасно рад и в тоже время ужасно испуган. Мозг начал издавать сигналы опасности и тогда я просто бросил себя в воду, чтобы не сбежать.

За те секунды, что тело под крик «нееет!» погружалось в пучину, желание сбежать стало просто невыносимым. Я открыл глаза и увидел их рядом – штук 20 тигровых акул кружили в воде. И вдруг что-то произошло: я стал совершенно спокоен. Абсолютно спокоен. Я спустился на 12 метров и смотрел на них снизу, а потом решил потрогать акулу и поплыл ей на встречу. Но она ушла. Все просто: они чувствуют то, что чувствуешь ты. Надо четко знать, что ты – не еда. И если акула чувствует опасность, она также никогда не подойдет близко. Поэтому когда акула начинала плыть ко мне, я отправлялся ей навстречу. Это было инстинктивно: если ты начнешь плыть от акулы, она может тебя сожрать. Так и в жизни. Абсолютно то же самое».

Финальный блиц

Кто ты?

Я – Ваб. Просто Ваб.

Какая профессия главная в твоей жизни?

Фотограф.

Что ты любишь больше всего?

Модную фотографию.

А в жизни?

Женщин. Все, что я делаю, делаю для женщин и во имя женщин. Они – страсть моей жизни. Я люблю и ненавижу их. Они сводят меня с ума, но я не хочу, чтобы они были другими.

Что дает тебе силы идти вперед?

Сами цели: я должен их достичь, и я иду вперед, несмотря ни на что. Эту силу я ощутил еще ребенком, на той горе.

Куда же ты идешь?

К достижению моих целей. А куда ведут твои цели? К созданию той полной картины моей жизни, которую я задумал. И конца этому нет. Были же фотографы, которые работали и в возрасте старше 80-ти. Я хочу работать до моего последнего дня.

Что дает тебе баланс?

То, что я всегда сползаю в противоположные экстримы и тем самым всегда прихожу к «золотой середине». Когда ты знаешь, что есть на самом пике и на самом дне, ты можешь найти середину. Хотя постоянно быть в середине просто скучно.

Что у тебя все еще осталось с детства?

Я – большой ребенок. Обожаю играть как ребенок и всегда играю с детьми.

Где географически твое сердце?

В Милане. И только там. Милан – это мой дом. Даже стены там родные. И звук трамвая. И аллеи. И бульвары. И парки. Каждый сантиметр каждой улицы уже глубоко во мнe сидит. Я бы хотел умереть именно в Милане. Это город, который идеально соответствует моему мировосприятию.

А родина, Марокко?

Это место, где мои корни: моя семья имеет большую историю. Я люблю эту страну, ее культуру и мою семью, но жить с марокканцами мне тяжело. И все равно, я всегда говорю, что я из Марокко, а не из Италии. Я – марокканец и всегда им буду. Я очень горд этим.

Что бы ты изменил в своей жизни?

Ровным счетом ничего. Ни единой вещи. Я совершенно счастливый человек.

Дальше... Что дальше?

Европа или Америка. Здесь, в Дубае, мне слишком мало места, чтобы развернуться в полную силу.

А потом?

Фильм. Фотография. Я вообще надеюсь, что пока достигну возраста 100 лет, медицина дойдет до такого уровня, что я смогу продолжать работать, передвигать софиты, ходить в зал, заниматься боксом и встречаться с самыми красивыми женщинами.

Похожие статьи: