Наедине с волками

ЛИСТАТЬ ЖУРНАЛ КУПИТЬ ЖУРНАЛ

Просмотров:  3150

Палатку украшало множество надписей о том, как хорошо она вентилируется. Увы, перед первым походом мы не обратили на них внимания.

Честно говоря, походы я не люблю. Не умею спать в резиновых сапогах. Не выношу комаров, спастись от которых можно только в дыме костра. Cидеть на пеньке под холодным ветром, давясь горелой картошкой в мундире и поддельной водкой из горлышка… Нет, это не для меня. Однако моя супруга, приехав в Дубай, уговорила меня купить палатку.

– Это будет совсем маленький поход, – сказала Софья Ивановна, – только ты и я, и никого больше. Программу определять будем сами. Надоест, и сразу вернёмся домой. Комаров здесь не бывает. И ветер совсем не холодный. А еду можно купить на каждом шагу…
– Значит, костра не надо? – обрадовался я.
– Нет, – согласилась жена. – Ведь я и так знаю, что ты всё умеешь, даже шашлыки делать. Сапоги резиновые здесь не нужны. И водку пить тебя никто не заставит.

В конце концов я поддался. Возможно, просто мечтал в глубине души помыть сандалии в Индийском океане. Тем более что до него от Дубая всего два часа езды.

Попытка №1. В дороге

Наш первый в жизни поход на Восточный берег (а точнее, в город Хорфаккан) начался второго января. Автобус, куда мы сели на дубайской площади Иттихад, должен был за 20 дирхамов довезти нас до города Фуджейры – столицы одноимённого эмирата. Водитель, казалось, совершал этот рейс первый раз в жизни – судя по задумчивости, в которую его погружали все развилки и дорожные знаки. От размышлений его отвлекали только бензоколонки и придорожные магазины, в каждом из которых он считал нужным что-то купить.

Наедине с волками

В итоге в Фуджейру мы въехали только в шестом часу вечера. На площади у кинотеатра Plaza автобус высадил всех пассажиров, сделал круг и уехал назад совершенно пустой. Мы не придали данному факту значения: нас отвлекла закусочная, где продавались «беляши» с начинкой из бананов.

Слева от кинотеатра была стоянка такси. Мы сошлись на 30 дирхамах, сели в видавший виды автомобиль и через четверть часа оказались на набережной Хорфаккана. Несколько минут мы стояли лицом к морю, соображая, куда идти дальше. Главная улица и набережная образовывали букву «Т». Справа берег упирался в какие-то неинтересные краны. В левом его конце громоздилось белое здание, похожее на диспетчерскую космодрома. Позади него возвышалась гора; разделяла их таинственная бухточка, где, как я решил, мы и должны были поставить палатку.

Плацдарм

Вначале мы шли по тротуару, отделённому от моря широченным газоном с туалетами, пальмами, урнами, мангалами для шашлыков, вязанками хвороста, качелями и скамейками. Всё это, как и полоса мелких лавочек на противоположной стороне улицы, выглядело так, словно все жители города внезапно исчезли. Кое-какая жизнь теплилась лишь на рынке ковров и кастрюль.

Наедине с волками

Когда мы добрались до белого здания, уже начинало темнеть. «Бухточка» оказалась почти пересохшим каналом с бетонными берегами. Русло его отгораживала от моря невысокая дамба, сложенная из камней. Перейдя по ним на тот берег, я с облегчением скинул вещи и палатку на маленький пятачок между морем и каменным склоном. Не поддаваясь на уговоры Софьи Ивановны, призывавшей идти направо, обходя гору: там, утверждала она, скрывается песчаная отмель.

Мы вскрыли сумку с палаткой. Я понял, насколько опрометчиво было брать её с собой, не попытавшись хотя бы раз собрать дома. Затея превратить в жильё набор из болоньи и палочек казалась полным безумием. Особенно в темноте. На мокрых камнях. Под порывами ветра. Огромная инструкция на английском языке только усугубила моё отчаяние, и я решил в неё не смотреть.

Слушая свой внутренний голос, я неведомо как разобрался в уйме кармашков, крючков, петелек и «ушек». Через полчаса «скелет» палатки был соединён с «кожей». Осталось прикрепить получившийся купол к земле и натянуть сверху тент.

Ужасная ночь

Соломенные циновки и тонкие покрывала мы раскатали вначале по всему полу. Увы, он остался холодным, и все тряпочки пришлось собрать вместе, постелив друг на друга. Потом мы завернулись, как мумии, в одеяла, лежавшие сверху. Надели на себя по нескольку штанов и свитеров – родной питерский климат давно приучил нас возить с собой запас тёплой одежды.

Все принятые меры не помогли. Палатка отличалась отменной вентиляцией, что составляло предмет особой гордости её архитекторов. Именно благодаря этой системе проветривания она стоила в шесть раз дороже, чем без таковой. Конструкторы предусмотрели здесь продуваемый насквозь потолок, защищённый при этом от мух и дождя, отдельное окно для каждого постояльца, а также приток свежего воздуха для собаки. Одним словом, палатка была круче некуда…

Холод, казалось, пробирал до костей. С каждой минутой я представлял себе, как заболеваю одновременно отитом, менингитом, пневмонией, ревматизмом и энурезом, мысленно прощаясь с лёгкими, почками и остальными жизненно важными органами.

Высокую трагедию моей гибели разрушили грубые голоса. Вокруг палатки раздались шаги; всю её внутренность пронзил насквозь рентгеновский луч фонаря. Я решил, что это начало нового приключения: видимо, охранники «космодрома» решили арестовать нас за вторжение на секретный объект. А значит, меня и жену сейчас бросят в застенок, где подвергнут чудовищным пыткам. Но, увы, всё оказалось куда прозаичнее: мимо прошли русские туристы, ещё не протрезвевшие с Нового года.

– Сколько времени? – спросил я жену в надежде на скорый рассвет.
– Четыре часа, – проворчала она, не просыпаясь.
– Давай куда-нибудь сходим, – предложил я, – попьём горячего чая. Или купим тёплое одеяло. Всё лучше, чем лежать тут и замерзать.

Выглянув на мир из палатки, я увидел, что море подошло совсем близко: волны лизали камни в считанных метрах. Мы вылезли наружу, своей экипировкой напоминая французов, осаждавших когда-то Москву. Вода в канале грозно ревела, напоминая о ненадёжности стихии и мира в целом. По его бетонному берегу мы вышли на шоссе Хорфаккан – Дибба и направились к ближайшей бензоколонке. Там работал один лишь банкомат. Мы долго шли дальше вдоль пляжа, надеясь найти что-нибудь горячее и круглосуточное. Но всё, увы, было заперто на ночь – и мелкие магазинчики, и ресторан «Золотая вилка». Подобрав на рынке большой кусок полиэтилена, мы двинулись обратно, решив закрыть этой находкой всю фирменную вентиляцию.

Хмурое утро

Полиэтилен оправдал наши надежды. Пасмурным утром третьего января в палатке было даже чуть теплее, чем снаружи. Море отхлынуло, а канал катил свои мелкие воды лениво и буднично. После ночи на острых камнях гудела и ныла спина. Моё настроение не подняли даже обглоданные кости и следы чьих-то лап – не то волчьих, не то собачьих – на том берегу канала, где мы проходили ночью. Через полчаса пути по песку мы были в «Золотой вилке». Хотя ресторан стоял в самом центре набережной, местность вокруг даже днём выглядела пустынно. Жена храбро полезла в серые свинцовые волны. Я смотрел на неё из окна ресторана, ждал обеда и мечтал скорее оказаться в мягком кресле автобуса, где можно придти в себя после сумасшедшей ночи.

Наедине с волками

Однако не тут-то было. В Фуджейре мы обошли кинотеатр и всю площадь, но не нашли никаких следов транспорта, который вчера на ней развернулся и уехал обратно в Дубай. Все местные жители, включая продавца жареных бананов, уверяли нас, что автобус ходит только «сюда», но не «обратно». Мы им не верили и долго пытались найти остановку, ковыляя с грудой вещей по тротуарам, изуродованным ремонтом. Так ничего и не найдя, мы узнали, что такси стоит так же, как автобус – 25 дрх с человека. Если пассажиров в нём четверо.

– Я поняла, – сказала жена, садясь внутрь, – когда дубайский автобус идёт в Фуджейру, деньги получает эмират Дубай. И если бы он шёл обратно с людьми, то деньги за дорогу из Фуджейры тоже бы доставались Дубаю…

Размышляя над этим, я постепенно заснул. Такси высадило нас в получасе ходьбы от дома. Измученные и грязные, мы вползли в разгромленную котом квартиру. Нам предстояла ночная уборка и тяжёлое пробуждение на работу.

Между походами

Вскоре после этих событий в Эмиратах началось празднование Курбан-байрама. К счастью, за две рабочие недели я хорошо отдохнул и накопил силы, чтобы снова нырнуть с головой в выходные. И мы с женой решили снова отправиться в те же места, как бы переписав новогодний поход набело с черновика.

Тем более что Хорфаккан вполне это заслужил. Особенно его тихие улочки, шедшие параллельно главной – вертикальной перекладине буквы «Т». Жизнь их словно бы остановилась на отметке 40-летней давности. Всё здесь напоминало донефтяные годы: и облупленные домишки, и старомодные автомобили, и женщины в чёрных накидках, нёсшие с рынка мешки с покупками. Дети самозабвенно играли в пыли рядом с валяющимися тут же курами, козами и овечками. Перекрёстки улиц занимали огромные лужи, в чьей незыблемой глади отражались вершины гор.

«Ничего не было, ничего не будет, - нашёптывал тихий патриархальный пейзаж. – Живи здесь и сейчас. Только так ты обретёшь настоящий покой». Да, пожалуй, ради этого чувства стоило съездить в тихий город ещё раз. Разумеется, на этот раз мы предварительно провели серьёзную подготовку. Изучив путеводитель, мы узнали, что белое здание на «космодроме» было отелем Oceanic, известным своим центром подводного плавания.

Хорфаккан, если верить книге, считался популярным курортом, а центром его ночной жизни была хорошо нам знакомая набережная. Причём та её сторона, где мы видели краны, тоже заслуживала внимания. «Здесь можно увидеть, – сообщала книга, – интересные образцы глубоководных раковин. Рыбаки их просто выбрасывают, когда очищают свои сети от рыбы».

Попытка №2. Работа над ошибками 

На этот раз мы взяли с собой не только фрукты, бутерброды, свитера, шерстяные носки, питьевую воду и карту, но также надувной матрас и самое тёплое одеяло. Патентованную систему вентиляции мы заранее ликвидировали, обшив палатку сверху и снизу носовыми платками, шарфами, косынками, наволочками и покрывалом для кресел. Пожалуй, теперь она стала ещё дороже – ведь наше уникальное ноу-хау не выпускало из неё ни одного глотка тёплого воздуха. 

На площади Иттихад в Дейре, той же, откуда начался наш первый поход, я договорился с пожилым бородатым таксистом. Он вёл машину, превышая в полтора раза все цифры на знаках ограничения скорости. Названия деревень и посёлков – Аль-Даид, Масафи, Датта и Битна – сменяли друг друга, как деревья за окном курьерского поезда. Бородач довёз нас до самого Хорфаккана, высадил на бензоколонке возле отеля Oceanic и дал номер своего телефона.

Наедине с волками

Лагерь мы разбили на берегу канала, в том месте, где в прошлый раз нашли следы лап и кости. Оно показалось мне самым безопасным – а главное ровным, без единого камня. Оставив вещи под охраной волков, мы отправились в супермаркет, где посвятили три часа примерке и покупке нового купальника для жены. Затем поужинали экзотической ореховой пиццей и горячим шоколадом в футуристическом кафе Vergnano 1882, который мог бы стать декорацией к съёмкам «Пятого элемента». Засунув в палатку матрас, мы надули его и, накрывшись горой одеял, улеглись спать.

На сей раз солнце, видимо, решило возместить долги за третье января, и к полудню наш сиреневый домик превратился в настоящий парник. Сдирая с себя пропотевшие свитера, мы добежали до дамбы, соединяющей гору с пляжем, и тут увидели, что местные женщины купаются только в одежде. Город Хорфаккан, как известно, входит в эмират Шарджа, известный строгостью исламских законов. Это касалось даже глухих уголков набережной. Не говоря уже о таких её центральных частях, как окрестности «Золотой вилки», где в прошлый раз плескалась Софья Ивановна. 

– Значит, – расстроилась супруга, – мы зря три часа выбирали купальник?
– Ничего, – утешал её я, – может, мы когда-нибудь съездим в Крым. Или в Карелию. Или в Питер… 

С этими словами мне пришлось лезть за женой на вершину горы; с неё стало видно ту самую отмель, куда я не решился идти в прошлый раз. Мы спустились на её песчаный пляж, увидев лагерь из десятка палаток. Лишь отойдя от него на добрых полкилометра, мы наконец-то использовали купальник по назначению.

Вернувшись в город, мы позавтракали в ресторане Green Beach великолепным шиш-тавуком и вкусным турецким кофе. Затем прокатились на верблюде. Его погонщик заломил было 100 дирхамов, но тут же, увидав выражение наших лиц, снизил цену вдесятеро.

С высоты горбов я увидел, как неузнаваемо изменилась набережная по сравнению с нашим прошлым приездом. Похоже, путеводитель не врал. Ещё вечером мы заметили, что рынок ковров и кастрюль превратился на ночь в целую ярмарку с надувными горками и ресторанами. И хотя сейчас базар не работал, народу на берегу по-прежнему было невероятно много. 

Праздновать Курбан-байрам съезжались сюда многочисленные арабские cемьи. Вначале из машины выгружалась толстая плетёная циновка размером минимум три на три метра. На этой подстилке среди подушек рассаживался глава семейства, бравший на себя почётную обязанность по раскуриванию кальяна. Тем временем женщины выгружали из автомобиля палатки, отдельные для каждого ребёнка, складные столы и стулья, а также недельный запас еды. Он включал шашлыки, которые тут же начинали шипеть на мангале.

Циновки отдыхающих почти закрывали газон. Самыми весёлыми и безалаберными семьями были индийские. Бестолково снуя туда-сюда и натыкаясь друг на друга, мужчины и женщины в разноцветных одеждах перетаскивали с места на место подушки, еду и посуду. Под ногами у них вертелись смуглые дети с воздушными шариками и леденцами.

Покинув «корабль пустыни», мы отправились искать тишину и покой. Они сохранились лишь в том конце набережной, где призывно маячили краны, а рядом с ними стояли рыбный и овощной рынки. Неподалёку валялись брошенные кем-то сети и несколько полузатопленных лодок. Под ногами здесь и вправду хрустело множество маленьких ракушек. На обратном пути мы зашли в «Золотую вилку» перекусить крабовым супом и цыплёнком в стиле теппаняки. Оттуда мы позвонили бородатому шофёру; вскоре он ждал нас на бензоколонке. Через полтора часа езды на безумной скорости мы были уже в Дубае, причём джигит затормозил прямо возле нашей парадной.

Вторая попытка посетить Хорфаккан явно удалась. Пожалуй, единственное, чего мы не успели сделать – это побродить по тихим улочкам, где спят козы и роются в пыли куры… Но разве такие мелочи в походе имеют значение? Мне кажется, нет. Ведь настоящему туристу нужно только одно: так составить маршрут, чтобы он пролегал вблизи от душа, пляжа, ресторана, банкомата, супермаркета, ночного кафетерия, шашлычниц со столом и комплектом хвороста, а также цивилизованных туалетов. И как можно дальше от каменистых гор и мокрого холодного моря.

Иван Шейко-Маленьких

Похожие статьи: