Маджид Аль Ансари «Кино – это бесконечная история»
Поделиться:


Просмотров:  378

Маджид Аль АнсариС МОЛОДЫМ РЕЖИССЕРОМ ИЗ ЭМИРАТОВ МАДЖИДОМ АЛЬ АНСАРИ, КОТОРЫЙ ВЗОРВАЛ АРАБСКИЙ КИНЕМАТОГРАФ СВОИМ ДЕБЮТНЫМ ТРИЛЛЕРОМ ZINZANA («КЛЕТЬ»), МЫ ПОГОВОРИЛИ О ТОМ, КАКИЕ ФИЛЬМЫ СТОИТ СМОТРЕТЬ, О СПЕЦИФИКЕ ЭМИРАТСКОЙ ЦЕНЗУРЫ И ВОСТОЧНОМ ДОПОЛНЕНИИ ДЛЯ ГОЛЛИВУДА.

Прежде всего, какие фильмы более всего повиляли на твой кинематографический вкус?

Маджид: Конечно, фильмы Тарантино, с их сумасшедшими характерами и прекрасными диалогами. Фильмы База Лурмана, который снял «Ромео и Джульетту» и «Мулен Руж», Альфреда Хичкока и Мартина Скорсезе. Я большой поклонник азиатских фильмов, в первую очередь корейского «Парк Чан-Вук» Вонга Кар-Вая из Гонконга, японских и всех фильмов, где можно черпать вдохновение. Ведь кино – это бесконечная история.

И давно ты влюблен в кинематограф?

Маджид: С детства. Еще подростком я возил видеокассеты чемоданами из Кувейта, потом смотрел фильмы по NBC один за другим, так что неудивительно, что это стало моей профессией. В 2008 году я пришел на работу в Image Nation, один из ведущих кинопроизводителей в Арабском мире, где занимался поиском и отбором сценариев. Именно так я наткнулся на сценарий Zinzana – я нашел его на сайте Black List.

Что тебя привлекло в персонажах этого сценария?

Маджид: Во-первых, сама история, ее сюжет. Разумеется, внутренний конфликт персонажей. Главная идея, то есть зависимость героя – в данном случае от алкоголя. И сумасшедшие характеры – все как я люблю. Еще мне понравилось напряжение, ведь в фильме все персонажи противостоят друг другу. Я был заинтригован.

По сюжету фильма главного героя по имени Таляль держит в камере офицер полиции Дабан. Первый, чтобы спасти свою семью, вынужден выполнять все капризы сумасшедшего надзирателя.

Маджид Аль АнсариФильм выглядит как триллер, но если присмотреться – это психологическая драма с элементами водевиля. Согласен?

Маджид: Да, можно и так сказать. Речь идет о борьбе с демоном. И борьба здесь – ключевое слово. Таляль борется с искушением, хочет измениться ради своей семьи.

События происходят в Эмиратах?

Маджид: Изначально так должно было быть: ведь в Эмиратах в 80-е годы было множество палестинских и кувейтских полицейских. Но когда мы стали проходить цензуру, нам намекнули, что Эмираты упоминать не стоит. Поэтому события происходят «где-то в Аравии …»

В эмиратском кинематографе жесткая цензура?

Маджид: Государство, безусловно, помогает развивать эмиратское кино – например, фильм Zinzana профинансировало правительство. Но есть ряд тем, на которые наше консервативное общество пока не готово говорить вслух. Мы их и не касаемся. Я не вижу смысла «бороться с системой» – гораздо правильнее двигаться вперед мелкими шажками и открывать новое аккуратно.

Какой твой личный, арабский вклад в мировую кинокопилку?

Маджид: Делать хорошее кино. И помогать рынку расти. Такие фильмы, как Zinzana, приводят в кино молодое поколение. И сегодня, благодаря сети Neflix, его можно смотреть в любой точке мира, на двадцати разных языках. Я хочу, чтобы арабские фильмы смотрели в три, четыре, пять раз чаще, чем иностранные.

Что для этого нужно?

Маджид: Хороший сценарий. Имея его в руках, ты можешь делать все, что хочешь.

У арабов есть особые истории и темы, интересные всему миру?

Маджид: Здесь, в Эмиратах, мы не можем говорить о войне и политической драме – мы все-таки находимся снаружи этих процессов. Но мы можем снимать комедии о нашей жизни или историческое кино о событиях прошлого.

А специфические характеры есть?

Маджид: Разницы между нами и остальным человечеством нет. Те же мужчины, те же женщины. У нас есть свои особенности, но с точки зрения глобальных внутренних конфликтов мы универсальны.

Кто из арабских режиссеров сегодня преуспел в своем деле? Есть достойные, на твой взгляд, эталонные работы?

Маджид: Я бы выделил драму «Тиб» ( Theeb ) Нажи Абу Новара, саудовский фильм « Важида » ( Wadjda ) Найфы Аль Мансур, « Омар » и « Идол » палестинца Хани Абу- Ассада. А из эмиратских, конечно, «Город жизни» ( City of Life ) Али Мустафы. У русских принято много раз пересматривать одни и те фильмы, что иностранцы находят странным.

В Арабском мире есть похожие традиции?

Маджид: Кино – новое для нас явление. Мы только пытаемся построить эту индустрию. Пока традиций нет, но, я надеюсь, лет через двадцать они появятся.

Беседовала Наталья Реммер

Похожие статьи: