Арт-сцена
Поделиться:


Просмотров:  987

Арт-сценаСЕГОДНЯШНЕЕ АРТ-ПРОСТРАНСТВО ЭМИРАТОВ ЗАПОЛНЕНО ПРОИЗВЕДЕНИЯМИ ЖИВОПИСИ, СКУЛЬПТУРАМИ И ИНСТАЛЛЯЦИЯМИ, СОЗДАННЫМИ В СМЕШАННЫХ ЖАНРАХ. О САМЫХ ЯРКИХ ЗВЕЗДАХ – В НАШЕМ СЕГОДНЯШНЕМ ОБЗОРЕ.

Халил Абдулвахид: «Важно работать ради искусства»

Дубайский художник Халил Абдулвахид начал свою творческую карьеру в Ателье свободного искусства Хассана Шарифа, созданном в 1980-х годах. Он был настолько вдохновлен творческими открытиями, что решил посвятить себя художественному образованию подрастающего поколения и совершенствованию собственного мастерства. Сегодня, помимо обучения начинающих художников, Халил также трудится в секторе визуальных искусств Комитета по культуре Дубая, где задействован в реализации многих инициатив.

Его творческий путь состоит из двух «маршрутов» – живопись и видео. Картины Халила хорошо узнаваемы благодаря использованию мощной цветовой гаммы и темных тонов, однако он до сих пор продолжает экспериментировать.

Что оказало наибольшее влияние на ваш творческий выбор?

Безусловно, моя работа в студии Хассана Шарифа. Я не думаю, что я бы состоялся в творчестве, не пройдя этот путь. Он научил нас наслаждаться творчеством и, что важно, работать ради искусства в чистом виде. Таким образом он разжег мою страсть и помог мне углубиться в работу, а также привил чувство долга перед будущим поколением.

Как вы нашли свой стиль в живописи?

Все шло своим чередом. Сегодня я использую много темных красок, особенно для создания фона. Не потому, что я прошел через темноту. Просто с темным фоном светлые или белые краски по-настоящему светятся. Я хочу, чтобы зритель разделил со мной мою страсть.

Какие элементы необходимы, чтобы развивать искусство в ОАЭ?

В определенной степени арт-сцена показывает естественный и быстрый рост, но нам необходимо создавать инфраструктуру для молодых артистов и, конечно, обеспечить им доступ к образованию. Среди нас – достаточно людей, увлеченных искусством, которые должны контролировать процесс и не упускать из виду ни одной детали. Вопрос не в том, что нам нужно, а в том, как это лучше сделать. Мы хотим вывести наших художников на международный уровень.

Азза Аль Кубейси: «Ювелирные изделия позволяют мне рассказать историю»

Чаще всего ее называют первым эмиратским дизайнером ювелирных украшений, а на самом деле Азза Аль Кубейси еще и художница, и предприниматель, и, что немаловажно, заботливая супруга и любящая мать. Азза закончила Лондонский университет Гилдхолл в 2002 году и вернулась в Абу-Даби, где вела мастер-классы по ювелирному дизайну. После того как государство анонсировало программу поддержки местных талантов, она создала платформу «Сделано в ОАЭ» и открыла собственные бутики в торговых центрах. Ее изделия и скульптуры изготовлены из золота, серебра, пальмовых деревьев, покрышек и даже ладана. Веря в будущее своей страны, Азза Аль Кубейси использует традиционные для свой культуры материалы, дающие ей вдохновение и позволяющие держаться корней.

Почему вы решили изучать ювелирное дело?

Я специально предпочла его скульптурам, потому что мне хотелось познать мастерство и воплощать свои идеи самостоятельно, без чьей-либо поддержки. C другой стороны, ювелирные изделия позволяют мне рассказать историю. Кроме того, для меня было очень важно подготовить почву для местных дизайнеров и позволить им почувствовать, что им есть на что опереться.

Ваши работы отражают местную культуру. Раскрывается ли в них ваша личность?

Да. К этому все и сводится. В 2008 году я поняла, что все, что я делаю, – это попытки понять, кто я. Меня всегда трогала история моей бабушки, ее выживания.

Она ездила на верблюде, держала хозяйство и заботилась о 10 детях. Сегодня ничего из того, что окружало ее в повседневной жизни, больше не существует. Это интересно, с одной стороны, и странно – с другой, но моя бабушка, которая до сих пор жива, ничего об этом не рассказывает. Считаю, что эти истории позволяют мне двигаться вперед.

C 2011 года вы создаете инсталляции с пальмами. Расскажите об этом.

Культура в общем понимании – это взаимодействие человека с окружающей средой. Если мы ничего не делаем для себя, то кто мы? Мои работы – это не только ремесло: это воссоединение и благодарность.

Они показывают, как люди выживали в прошлом, как мы можем жить в будущем и делать что-то сегодня, чтобы быть эмиратцами. Мы можем развиваться и быть интересными для других народов, но при этом сохранять свой стиль. Это часть моей философии, понимания того, кто я и куда я двигаюсь.

Абдул Кадер Аль РаисАбдул Кадер Аль Раис: «Я счастлив, что мои работы изучают в школе»

Один из самых известных эмиратских художников Абдул Кадер Аль Раис начал свой творческий путь еще до образования ОАЭ, в 1964 году. Он был пионером в области визуального искусства в странах Залива, до сих пор продолжает совершенствовать свой стиль и теперь выступает наставником для будущих поколений. В свое время он стал одним из основателей Общества изящных искусств ОАЭ и завоевал бесчисленное количество призов, включая первую в истории Премию шейха Халифы в области искусства и литературы.

В его пейзажах – точное описание природы и врожденная энергия. Абдул Кадер Аль Раис участвует в выставках по всему миру начиная с 1965 года, а без его произведений сегодня не обходится ни одна коллекция арабского искусства.

Когда вы начали рисовать?

В 1965 году, когда мне было 14 лет. Меня отправили в Кувейт, и там я нашел альбомы Рафаэля, да Винчи и Рембрандта. Я не умел читать по-английски, поэтому просто разглядывал фотографии. Эти работы поразили меня. Позже я узнал о Моне и Писсарро, и с тех пор люблю импрессионизм. К 1968 году я уже определился с собственным стилем.

Вы проложили дорогу для молодого поколения. Чувствуете свою ответственность перед ним?

Да, конечно. Я иногда посещаю школы или приглашаю детей к себе в студию. Я получил талант от Бога и не устаю благодарить Его, что Он позволил мне стать примером для подражания молодежи. Я очень счастлив, что дети изучают мои работы в школе.

Что кардинально изменило арт-рынок в ОАЭ?

Открытие аукционного дома Christie’s, появление ярмарок Art Dubai и Abu Dhabi Art, конечно же, строительство Культурного квартала (Cultural District) на острове Саадият. На протяжении многих лет совсем ничего не происходило. Но вдруг все изменилось!

Сумайя Аль Сувейди: «Мой арт – это мой дневник»Сумайя Аль Сувейди: «Мой арт – это мой дневник»

Эмиратская художница Сумайя Аль Сувейди не выбирала цифровое искусство своим призванием – оно само ее выбрало. С 16 лет, еще до того, как у нее появился компьютер, она использует программы как средство самовыражения. В ее картинах – немало атрибутов мистики, которую можно увидеть в портретах женщин с непропорционально большими глазами. Сумайя также проводит благотворительные арт-фестивали, где выступает куратором. Помимо этого, она не забрасывает профессию модного дизайнера и владелицы собственного бутика.

Как вы увлеклись искусством?

Моя двоюродная сестра изучала графический дизайн в колледже в Дубае, и, кажется, я «заразилась» от нее. Мне было 16 лет, и я была совершенно очарована цифровым искусством. Я умоляла родителей приобрести мне компьютер, и, когда моя мечта сбылась, я установила Photoshop и начала экспериментировать, вести свой блог.

Почему вы рисуете женщин с большими глазами?

Я хотела создать собственный стиль. Когда я начинала, в ОАЭ было совсем немного художников, рисующих с помощью компьютерных технологий. Мои работы нельзя назвать ни арабскими, ни эмиратскими – они универсальные, это мой собственный товарный знак. Я увеличила глаза, и люди стали думать, что эти изображения похожи на меня.

То есть в ваших работах есть элемент автопортрета?

Вовсе нет. Мной движет страсть или личные истории. Мой арт – это мой дневник. Это место, куда я прихожу, когда хочу передохнуть. Это своего рода боксерская груша. Я занятая женщина с кучей ежедневных проблем. Мои эмоции находят выход в моем искусстве. Иногда я плачу, когда рисую, и, вы знаете, такие работы продаются мгновенно.

Ламия Гаргаш: «Мне нравится исследовать пространства»

Молодая художница с застенчивой улыбкой Ламия Гаргаш преодолела немало препятствий, прежде чем достичь успехов на арт-сцене. Еще во время обучения в Колледже святого Мартина в Лондоне она начала изучать пустые домашние пространства и в 2004 году подписала контракт с галереей The Third Line в Дубае. Только к 2012 году она приобрела авторскую уверенность и выработала свой собственный стиль, достойный крупных фестивалей. Ламия работает со среднеформатной камерой и в жанре аналогового кино.

Ваша серия фотографий «Зазеркалье» приобрела необычайную популярность. Расскажите о ее идее.

Я очень застенчивый человек, и мне пришлось с этим бороться. Я только хотела рассказать о своей идее очень просто – ведь это то, с чем я сталкиваюсь каждый день. Процесс занял много времени: сначала нужно было найти моделей, которые могли бы поговорить о своей незащищенности, а потом – привести их в нужное пространство и организовать съемки. Когда люди впервые увидели мои работы, они сказали, что я могла бы сделать их в фотошопе, но моя идея была другой.

Остальные ваши работы посвящены домашним пространствам. Это тоже в вашем стиле?

Мне очень нравится исследовать пространства. Моя связь с ними – это нечто завораживающее. Мне нравится индивидуальность пространства, тот факт, что оно принадлежит к определенному времени, но это нигде не зафиксировано. Мне интересна природа времени и идентичность домашних пространств.

Вы собираетесь продолжать заниматься фотографией?

Вовсе нет. Я любила аналоговые фотографии, поскольку мне нравился процесс ожидания, но я не собираюсь останавливаться на достигнутом. На самом деле я пыталась сбежать от фотографии, чтобы получить более доходную профессию. Но куда бы я ни двигалась, я всегда сталкивалась с фотоделом.

Маттар бен Лахеж: «Мой стиль – движение»

По-настоящему именитый художник, скульптор, владелец собственной галереи, Маттар бен Лахеж, перед тем как стать звездой местной арт-сцены, 16 лет скрывался в студии и проводил эксперименты. Только спустя много лет мастер сумел найти нужные инструменты и материалы, чтобы выразить свои идеи. Его неповторимый стиль отражается в вечном движении – как в живописи, так и в скульптуре. Ежегодно его масштабные работы выставляются во время Рамадана в торговом комплексе The Dubai Mall.

В его галерее Marsam Mattar за последние 10 лет прошли мастер-классы более 1200 учеников. В новых планах – вывести художественное образование на институциональный уровень.

Кто вдохновил вас на занятие искусством?

Моя мама. Когда мне было 13 лет, ей приснился сон, что однажды я буду связан с золотом. Я до сих пор помню этот день. Второй сон – мой собственный. Я всегда мечтал стать профессиональным художником, а теперь я живу в этом сне.

Как вы определяете свой стиль?

Одним словом – движение. Это название очередной главы моей жизни. Если в картине нет движения – она не для меня. Жизнь постоянно меняется, и мы меняемся вместе с ней. Движение идей в моей голове никогда не останавливается, и я хочу показать его людям. Я никому не хочу подражать.

У вас есть своя галерея. Какова ваши предложения по развитию современного искусства в ОАЭ?

Мы должны понимать, что не каждый художник – настоящий. У нас много рисующих людей, но нам нужен фильтр, чтобы отсеивать настоящие таланты. Это важно для поддержания искусства на должном уровне в нашей стране, хотя мы быстро расширяемся.

Джаляль Лукман: «Я изображаю эмоции»

20 лет назад Джаляль Лукман был первым цифровым художником в ОАЭ. Сегодня его работы из смешанных техник – полотна, скульптуры и инсталляции – полноформатные, амбициозные и даже агрессивные. Он работает с деревом, алюминием, стеклом и оцинкованной сталью в попытке выразить «сырые» эмоции, которые невозможно поместить в два измерения. В своей мастерской в столичном районе Муссафа он сотворил 10-метровую скульптуру «Невидимого гиганта» и «Намек на улыбку» – ту самую Мону Лизу с бородой, которая до сих пор украшает вход в галерею «Манарат Аль Саадият». С 2008 года он ежегодно проводит арт-туры, в рамках которых художники разных национальностей могут исследовать ландшафты ОАЭ.

Почему вы перешли от цифровых техник к смешанным?

Я чувствовал, что упускаю что-то важное. Мои работы просто говорили, а должны были кричать, поэтому я сменил жанр. Это было очень естественно для меня. Я могу визуализировать и творить третье измерение – и это несомненно работает мне на пользу.

Согласны ли вы с утверждением, что ваши работы зловещи?

Не все мои работы – темные, но люди маркируют их таким образом, поскольку они выражают агрессию. Те, кто знает меня, понимают природу моих работ. Пока другие заворачивают свои изделия в гламурную обертку, я смотрю на чтото «сырое». Будь то любовь, ненависть, похоть, жадность, счастье или печаль – я получаю внутреннее вдохновение и изображаю эмоции.

Вы чувствуете на себе ответственность художника?

И голоса, и истории не должны цензурироваться – мы должны быть честными по отношению к сегодняшнему дню и подчеркивать важность эмиратской экспрессии, особенно когда мы так быстро теряем свою идентичность. Правительство строит Лувр, но они не будут обучать трехлетних детей. Это наша ответственность. Мы должны растить искусство с корней.

Майсун Аль Салех: «У творчества нет границ»

Молодая художница Майсун Аль Салех определяет собственный стиль как сюрреализм. В ее картинах нередко можно встретить скелеты людей и животных. Майсун начала рисовать еще в восьмилетнем возрасте, а в 2010 году получила степень дизайнера в университете Заеда. Первая персональная выставка прошла в 2010 году в арт-центре «Марайя» в Шардже, а одной из первых продаж стал диптих «Пара» – изображение мужского и женского скелетов в национальной эмиратской свадебной одежде.

В 2013 году в галерее The Ara Gallery в центре Дубая художница представила экспозицию The Dara Chronicles – коллекцию работ, выполненную в смешанных техниках, с использованием рентгеновских лучей и винтажных чемоданов: она посвятила ее лайнеру, затонувшему в Персидском заливе в 1961 году. Дед Майсун был одним из немногих, кто выжил в катастрофе.

Какие эмоции вы выражаете в своем творчестве?

У моих работ есть чувство юмора – это хорошо заметно в серии скелетов, несмотря на то, что в ней обыгрывается тема смерти. Создавая серию The Dara Chronicles, я была поглощена трагедией с лайнером, которая затронула и мою семью. Я погружалась туда с аквалангом и рисовала прямо под водой. На самом деле меня вдохновляют реальные истории – и те, что я читаю в газетах, и те, что рассказывают мне мои близкие.

Где вы видите границы свободы творчества?

Границ нет, я выражаю себя так, как я хочу. Это тотальная свобода.

Какие материалы вы используете и почему?

Это зависит от концепции работы. Я выбираю материалы, которые отражают значение того, что я создаю.

Как вы видите вклад арабского мира в развитие искусства в глобальном масштабе?

Мы наблюдаем резкий рост в области современного арабского искусства и повышенный спрос со стороны коллекционеров. Эти изменения произошли за последние пять лет.

Похожие статьи:

#