Наука и ислам
Поделиться:


Просмотров:  840

Наука и исламТекст: Николай Гудалов

ЕСЛИ НАУКА – ОДИН ИЗ ПОКАЗАТЕЛЕЙ РАЗВИТИЯ ОБЩЕСТВА, ТО В СВОЕ ВРЕМЯ АРАБО-МУСУЛЬМАНСКАЯ НАУЧНАЯ МЫСЛЬ БЫЛА ОДНИМ ИЗ МИРОВЫХ ЛИДЕРОВ, НАМНОГО ОПЕРЕЖАЯ ЕВРОПУ

Эпоха

Каким образом в далекую эпоху IX–XV веков в мусульманском обществе могли укорениться ростки такого «хрупкого растения», как наука? В экономическом плане после арабских завоеваний в Халифате процветали и богатели города. Один только Багдад насчитывал 400 тыс. жителей, а Египет и Ирак в VIII–X вв. по доле городского населения в разы превосходили любую европейскую страну XIX века! Халифы, местные правители и частные спонсоры покровительствовали науке, иногда даже соревнуясь в своей щедрости.

Известным спонсором точных наук было семейство Бану Муса. Вероятно, его состояние пополнялось за счет не вполне честной административной деятельности, но это, однако, скрашивалось благородным меценатством. Основным интересом семейства Бану Муса была математика.

Ислам раздвинул мировоззренческие горизонты арабов и других народов и отвел почетное место разуму. Кроме того, эта религия всегда отличалась внутренним разнообразием. Доминирование ислама в духовном плане также не помешало арабо-мусульманской цивилизации стать и уникальным, огромным « мостом » между разными культурами. В науке того времени соединились греческие, древне-вавилонские, персидские, индийские и даже китайские элементы. Она была арабоязычной, но не полностью арабской или мусульманской – наукой занимались также христиане и иудеи, представители иранских и тюркских народов. Завоевание Ирана и части Византии включило в интеллектуальную жизнь Халифата процветавшие школы, в которых были живы греческие научные традиции. Таковы были знаменитые центры в Гундишапуре ( медицинская школа с больницей, обсерватория ), Нисибине, Харране, Александрии. Благодаря масштабной и качественной переводческой работе к IX веку арабам стали известны все важнейшие произведения Аристотеля, Платона, Евклида, Архимеда, Птолемея, Галена, Гиппократа, Диоскорида. Крупнейшие переводчики – христианин-араб Хунайн ибн Исхак, грек Куста ибн Лука, Сабит ибн Курра, вышедший из загадочной общины почитателей Луны, – и сами были оригинальными учеными.

Многие правители сами интересовались наукой – известны примеры халифа Мутадида или знаменитого Улугбека, построившего обсерваторию под Самаркандом. В обществе в целом высоко ценились всесторонне образованные и воспитанные люди – удаба. Нередко среди удаба существовала даже «мода» на высмеивание расхожих стереотипов. Активно развивались прототипы исследовательских центров и научных школ. 

При специальных «домах науки» имелись богатые библиотеки, которыми мог пользоваться каждый. Халиф аль-Мамун (813–833 гг.) основал в Багдаде знаменитый Дом мудрости. Хотя и не вполне ясно, какова была его важность и точные функции ( библиотеки, академии или переводческого центра ), слава его сохранилась в веках.

Исследователи той эпохи, как и подобает настоящим ученым, многое ставили под сомнение и боролись против лженауки : например, один из крупнейших медиков, Абу Бакр Мухаммад ар-Рази, в своих работах критиковал предпочтение – увы, все еще не изжитое ! – которое многие люди отдают мошенникам перед профессиональными врачами. Ученые отказывались слепо преклоняться даже перед античными авторитетами. С этим, а также с практической ориентацией ученых на изучение окружающего мира связано и стремление к проведению экспериментов.

Когда халиф аль-Мамун прочитал в древних трудах о длине земной окружности, он не стал принимать данные на веру, а попросил упоминавшихся Бану Муса непременно их проверить. Измерения были проведены с особой дотошностью и доказали правоту старых астрономов, однако халиф распорядился повторить их в другом месте, чтобы исключить возможные ошибки.

Имена и достижения

Наука и исламФилософия той эпохи была весьма разнообразна. Примечательно, что философская аргументация проникала даже в религию. Группа богословов, получивших название мутазилиты, провозгласила, что человеку дарована возможность осознанного выбора. Сторонники исмаилизма считали божественное первоначало мира настолько запредельным, что внимание человека сдвигалось на изучение конкретной окружающей его разумной действительности. Суфиям мир виделся как книга божественных знаков, читать которую во многом нужно средствами математики … Так религиозные размышления могли подталкивать к рациональному, «земному» объяснению мира из него самого. Даже более консервативные богословы вынуждены были прибегать к философским аргументам. Таков пример одного из величайших мусульманских мыслителей – Абу Хамида аль-Газали (X–XI вв.).

Но самыми любопытными фигурами были последователи греческих мыслителей. Если в Европе того времени философские споры почти целиком велись в рамках христианства, то в мусульманском мире развился мощный философский импульс вне религии. Абу Юсуф аль-Кинди (VIII–IX вв.) был первым крупным философом – арабом по происхождению. При этом аль-Кинди ясно заявлял : нет ничего постыдного в использовании знаний других народов для поиска истины. Он сосредоточился на философии, точных и естественных науках. Выдающимся энциклопедистом был и Абу Наср Мухаммад аль-Фараби (IX–X вв.), удостоившийся титула «Второй учитель» (после «Первого» – Аристотеля). Он считал, что суждения философии абсолютно истинны, и стал отделять науку от искусства и ремесла. Аль-Фараби считал, что душа мудрого человека может слиться с мировым «активным интеллектом», и настаивал на разумной организации всего общества.

Одним из крупнейших философов и медиков за всю историю стал Абу Али аль-Хусайн Ибн Сина (X– XI вв.), известный на Западе как Авиценна и заслуживший титул «Довод истины». По его мнению, материальный мир имеет большое значение. Отдельные вещи могут быть случайными, но вместе они связаны в единую цепь причин, которую призван познать человек. Ибн Сина ставил элементарные эксперименты в области физики и медицины.

Абу Бакр Мухаммад Ибн Баджжа ( XI–XII вв.) изучал проблемы динамики, весьма близко подошел к понятию превращения энергии и даже наметил прообраз эволюционной теории. Абу Бакр Мухаммад Ибн Туфайл ( XII в.) нарисовал панорамную картину развития человека. Зародившись из воды и земли, человек переходит от собирательства к охоте, затем – скотоводству, изучает природу, доходит до первооснов мироздания и, наконец, пытается просветить других людей – правда, с малым успехом. Абу аль-Валид Мухаммад Ибн Рушд (латинизированное имя – Аверроэс, XII в.) настаивал на ценности разумного, доказательного познания мира. По его убеждению, раз Аллах не есть тиран, а действует согласно рациональной гармонии мира, то и земной правитель также должен подчиняться закону.

Блестящего расцвета достигли математика и астрономия. Только дошедших до нас астрономических трудов мусульманских авторов насчитывается десять тысяч! В VIII-IX вв. жил Абу Абдуллах Мухаммад аль-Хорезми, которому мы обязаны самим словом «алгебра» (а также «алгоритм» – по имени ученого) и использованием системы исчисления с десятью цифрами, называемыми арабскими.

Какими числами могли оперировать арабские ученые, показывает следующий факт. В античности были найдены четыре совершенных числа, т. е. натуральных числа, равных сумме всех собственных делителей : 6, 28, 496, 8128. Арабские математики добавили такие : 33 500 336, 8 589 869 056 и 137 438 691 328. Каждый ли сейчас сможет хотя бы верно их прочесть?

Ученый X века по имени аль-Уклидиси («Евклидианец») работал с десятичными дробями. Ибн Муаз, Насир ад-Дин ат-Туси и Джабир ибн Афлах, среди прочих, достигли высот в такой сложной области, как сферическая тригонометрия, активное развитие которой было во многом связано с необходимостью вычислять направление на Мекку. Астрономические наблюдения аль-Баттани ( IX–X в.) были весьма точны для своего времени и использовались в последующие восемь веков. Ибн аль-Хайсам, Ибн аз-Заркаллу, Ибн аш-Шатир, ат-Туси предлагали сложные дополнения к астрономическому учению Птолемея. Вычисления Ибн ашШатира были фактически такими же, которые проделал Коперник полтора века спустя и которые изменили представления людей о Вселенной! Свой вклад в математику и астрономию внес и великий ученый-энциклопедист Абу Райхан аль-Бируни (X–XI вв.), который допускал, что Земля обращается вокруг Солнца. 

В области физики Ибн Сина, Ибн Баджжа и Абу аль-Баракат аль-Багдади (XI–XII вв.) выдвинули прогрессивные поправки к идеям Аристотеля о движении. Аль-Бируни, Сабит ибн Курра, а также ученый XII века Абд ар-Рахман аль-Хазини изучали рычаги и проблему баланса. Ученые пытались понять и законы полета, а несколько энтузиастов даже испытывали свои «летательные аппараты». Аль-Кинди, Ибн Сина и аль-Бируни исследовали световые явления, а врачи Хунайн ибн Исхак и Абу Бакр Мухаммад ар-Рази (IX–X вв.) – строение глаза. Активная работа с линзами имела не только физическое, но и медицинское значение. Упомянутым ученым, а в особенности Ибн аль-Хайсаму, мы фактически обязаны созданием оптики. Ибн аль-Хайсам написал две сотни трудов по всем областям знаний, а некоторые из его идей спустя шесть веков повлияли даже на Ньютона. Английский гений признавал, что стоял на плечах своих предшественников-гигантов – вероятно, Ибн аль-Хайсам был одним из них…

Слово «химия» в европейских языках произошло от арабского «аль-кимия» (отсюда и «алхимия»), хотя его корни уходят в Древнюю Грецию и Египет. Конечно, мудрецы того времени еще сохраняли фантастические представления о превращении одних элементов в другие. Но проведение ими массы опытов, стремление к обобщению привели к открытию новых элементов (серы и ртути) и заложили фундамент научной химии. Ореолом загадочности, приличествующей алхимику, окружено имя Джабира ибн Хайяна. Нельзя даже сказать с уверенностью, был ли этот корифей алхимии реальной фигурой, – однако до нас дошел огромный свод сочинений под его именем. В них отразились все химические знания и приемы того времени. Помимо введения в практику новых веществ (в том числе органических) в сочинениях Джабира отражена как нельзя более «современная» идея искусственного порождения жизни, вплоть до человеческой, в лаборатории. К алхимии обращались, конечно, и такие великие энциклопедисты, как Ибн Сина и аль-Бируни, а также медик ар-Рази.

Наконец, одной из самых развитых областей знания стала медицина. Ислам стимулировал поиск лечения болезней, которые в нем считаются не божественным проклятием, а вполне преодолимым испытанием. Больницы были оборудованы на высоком уровне. Так, знаменитая каирская лечебница Мансури могла вместить восемь тысяч пациентов любого происхождения и религии, имевших и не имевших средств на оплату лечения. Она включала отделения для лечения разных болезней, а также библиотеку, лекторий, мечеть и христианскую часовню.

Большую известность получила история Усамы ибн Мункиза, арабского врача-христианина, который пытался однажды лечить европейского рыцаря-крестоносца и женщину. Первому он успешно вскрыл нарыв на ноге, второй прописал диету. Однако сменивший его европейский эскулап предпочел следовать логике «лучшее средство от боли – топор»: рыцарю он попросту отрубил ногу, женщине надрезал скальп на голове, отчего оба пациента скончались. Арабскому врачу оставалось лишь удалиться, чтобы затем рассказать мусульманам о диких методах работы европейцев.

Среди знаменитых врачей, вышедших из школы в Гундишапуре, можно назвать Джурджиса и его сына – Джибриля Бахтишу. Первый лечил халифа в Багдаде, второй основал там первую больницу. Одним из самых известных медиков был ар-Рази, автор огромного труда под названием «Всеобъемлющая книга».

Достаточно сказать, что в ней есть информация о 829 лекарствах. Рассказывают, как ар-Рази выбирал место для строительства больницы в Багдаде. Попросив развесить в разных районах куски мяса, он остановился на том районе, где оно меньше всего подверглось разложению. Превзошел арРази лишь Ибн Сина. По его знаменитому сочинению «Канон медицины» европейские студенты-медики учились до XVII века ! Конечно, перечисленные самые яркие достижения не исчерпывают других успехов арабоязычных ученых. Им принадлежит авторство систематических биологических работ, фундаментальных географических трудов и точных карт, глубоких этнографических трактатов (чего стоит только описание Индии аль-Бируни), сочинений, в которых можно обнаружить основы современного научного взгляда на общество (например, у Абд ар-Рахмана Ибн Хальдуна). Дерзкий ум этих мыслителей максимально использовал те богатство, разнообразие, открытость и динамизм арабо-мусульманского общества, которые были доступны на тот момент. Арабоязычные ученые не просто усвоили, но объединили и развили огромное наследие великих античных и древневосточных предшественников. Продолжить их путь было суждено европейцам. Впрочем, фигуры такого масштаба принадлежат всему человечеству, а современному арабскому миру и другим культурам до сих пор есть чему у них поучиться.

ПОГРУЖЕНИЕ В ИСТОРИЮ: АРАБСКИЕ ЦИФРЫ

  • Наука и исламАрабские цифры, вероятнее всего, были заимствованы в Индии, однако выдвигалась версия и о византийском влиянии. Впервые эти цифры были использованы аль-Хорезми в его сочинении «Об индийском счете», само же их использование для арифметических расчетов в ту эпоху стали называть алгоритмом. Десятеричная позиционная система не была тогда единственной.

  • В математике и астрономии широко применялась нумерация, которую арабы называли «абджад», – по первым четырем буквам арабского алфавита доисламских времен (алиф, ба, джим, даль). В ней каждой букве соответствовало число – от 1 до 1000.

  • Современный порядок букв алфавита был закреплен только при жизни Пророка Мухаммада, числовое же их значение соответствовало их порядку в алфавитах древних семитов, с той поправкой, что арабы стали использовать 28 букв вместо 22. Такая система имела схожесть с греческой. С помощью абджада часто записывали вычисления, особенно астрономические, на основе шестидесятеричной системы.

  • Конечно, важным полезным свойством введенной аль-Хорезми десятеричной системы было то, что она является позиционной – т. е. в ней значение каждой цифры соответствует ее положению. Первоначально десять «импортированных» индийских чисел применялись лишь для обозначения больших чисел и не использовались при написании дробей, а алгебраические уравнения и вовсе записывались словами. Но постепенно десятеричная позиционная система набирала популярность, чтобы в конце концов завоевать господство в мировой математике.

  • Непростым оказался путь «индо-арабских» цифр в Европу. Первым их использовал, положив в основу созданной им счетной доски, Герберт Орильякский – ученый и священнослужитель X–XI веков, бывший папой римским (под именем Сильвестра II) в 999-1003 гг..

  • С переводами арабских книг по математике и естественным наукам он, вероятно, познакомился, обучаясь в Каталонии. Однако Герберт сильно опережал свое время и не оставил заметных учеников, так что до XIII века Европе суждено было использовать систему римских цифр, делавшую сложные расчеты неудобными.

  • Тем временем европейские купцы торговали с мусульманами из Северной Африки, и некоторые из них поняли преимущество арабских цифр. Одним из них был пизанский коммерсант, который вел дела в Алжире и решил послать своего сына на учебу к арабским математикам. Так свое образование получил один из крупнейших европейских математиков – Леонардо Фибоначчи, автор «Книги абака» 1202 г., в которой и были показаны достоинства арабских цифр. После этого арабские цифры и стали распространяться в Европе.

Похожие статьи:

#