Циферблат как искусство

ЛИСТАТЬ ЖУРНАЛ КУПИТЬ ЖУРНАЛ

Просмотров:  1530

Циферблат как искусствоТекст: Лиза Эпифанова

ВМЕСТЕ С РАСТУЩЕЙ ПОПУЛЯРНОСТЬЮ СЛОЖНОЙ ЧАСОВОЙ МЕХАНИКИ МАСТЕРА ОТКРЫВАЮТ ВСЕ НОВЫЕ СПОСОБЫ УКРАШЕНИЯ ЦИФЕРБЛАТА. КАЖЕТСЯ, ЧТО КАЖДЫЙ ГОД ХУДОЖНИКИ ИЗОБРЕТАЮТ ЧТО‑ТО НЕОЖИДАННОЕ, ГОТОВОЕ ПОРАЗИТЬ НАШЕ ВООБРАЖЕНИЕ ВЫБОРОМ МАТЕРИАЛОВ И ФИЛИГРАННОСТЬЮ ТЕХНИКИ. ВПРОЧЕМ, БОЛЬШИНСТВО ЭТИХ ТЕХНИК УЖЕ ДАВНО ХОРОШО ИЗВЕСТНЫ. ПРОСТО РАНЬШЕ ОНИ УКРАШАЛИ НЕ ЦИФЕРБЛАТ, А КРЫШКУ КАРМАННЫХ ЧАСОВ, И ПОЭТОМУ ЕДВА НЕ ОКАЗАЛИСЬ НА ГРАНИ ЗАБВЕНИЯ.

Grisaille

Если такие техники эмали, как Grand Feu, выямчатая (Champleve) и перегородчатая (Cloisonne), были известны человечеству испокон веку и никогда особенно не забывались, то настоящая революция в истории этих техник произошла в XV веке во французском Лиможе, где мастера предложили наносить порошок с оксидами на уже покрытую эмалевой грунтовкой поверхность. Стало возможно просто рисовать кисточкой без предварительных контуров в металле. Так родилась миниатюра на эмали. Сегодня мастера, умеющие работать в этой технике, едва ли не известнее самых прославленных часовщиков – например, Анита Порше, создавшая большинство коллекционных циферблатов Patek Philippe и сотрудничающая еще с некоторыми домами. Одной из самых редких и красивых лиможских техник является Grisaille, напоминающая живопись «в негативе». На темный фон (оксид кремния) слой за слоем наносится рисунок белой эмалью, создавая тончайшие тональные переходы, отчего изображение выглядит объемным. Так, для создания лимитированной серии Vacheron Conastantin Metiers d'Art Hommage a l'Art de la Danse мастерам женевской мануфактуры потребовалось нанести 12 слоев с обжигом при температуре 1200 градусов.

Turquoise

Эмаль – ближайшая родственница стекла и фарфора, получаемая в результате смешивания кристаллов кремния, буры и магния. Добавляя оксиды различных металлов, ее можно окрашивать в яркие цвета, а при нагревании эмаль плавится подобно стеклу. Именно так и возникла в древности техника эмальерного декорирования Grand Feu (или «большое пламя», в России была известна как финифть), которая поначалу была очень схожа с ювелирной инкрустацией. У мастеров Древнего Египта, Индии и Китая особой популярностью пользовалась смесь магния и кобальта, разогретая до температуры 1200 градусов, которая после застывания превращалась в мерцающий однородный материал глубокого синего цвета.

Впоследствии в Византии появилась своя разновидность Grand Feu, но вместо темно-синей она была ярко-голубой, и этот вид эмали получил название Turquoise. Секрет чистого бирюзового цвета ценился ювелирами на вес золота. Легендарная Bulgari первой выпустила в 1965 году модель Serpent Watch, целиком покрытую «туркуазом» и оснащенную самым маленьким в мире калибром Jaeger-LeCoultre. А в этом году ярко-бирюзовые цветы из эмали Turquoise украсили романтический циферблат уникальной модели из коллекции Attrapemoi… si tu m’aimes от Chaumet.

Этрусское гранулирование

На цокольном этаже Лувра в этрусском зале или в Национальном музее этрусков «Вилла Джулия» в Риме можно увидеть множество великолепнейших украшений и даже предметов быта, украшенных гранулированием, или «зернью» – узором из разнокалиберных золотых шариков. Эта техника была известна еще в древнем Египте, но особого мастерства в ней достигли этруски. Долгое время она действительно считалась утраченной, пока в XIX веке ее не возродили некоторые флорентийские ювелирные ателье.

Золотые гранулы оказались идеальным декором для крышек карманных часов: в женевском бутике Vacheron Constantin можно увидеть роскошную модель того времени, где грануляция сочетается с цветной эмалью и драгоценными камнями. И когда дом Cartier решил выпустить первые современные часы в этой технике, мастерам не пришлось расшифровывать этрусские таблички – достаточно было обратиться к архивам столетней давности. В Rotonde de Cartier Panthere Granulation циферблат золотого корпуса 42 мм вручную украшен бусинками разного размера из 22-каратного золота, которые вместе образуют изображение пантеры – тотемного символа Cartier.

Флорентийская мозаика

В XVII веке ювелиры из Флоренции открыли совершенно новый способ инкрустации: вместо того чтобы вставлять ровные ограненные минералы в соответствующие геометрические пазы, они стали следовать естественной форме камней, «набирая» из них целые картины. Как это обычно бывает, принцип «будь естественным» обернулся сложной и трудоемкой работой. В качестве изобразительных средств выступали натуральные свойства минералов: оттеночные и цветовые переходы, вкрапления, прожилки и даже трещинки.

Основным материалом для создания флорентийских мозаик стали полудрагоценные, в основном так называемые «твердые» камни, например, горный хрусталь, кварц и различные породы мрамора. Очевидно, что подобная декоративная техника больше подходит для украшения крупных объектов, например, створок интерьерных часов, но в последние годы художники в поиске новых изобразительных средств сумели приспособить миниатюрные «паззлы» из драгоценных камней и к наручным циферблатам.

Van Cleef & Arpels использовал «гризайль» для росписи циферблатов моделей линии 2014 года Midnight Nuit Boreale и Midnight Nuit Australe, посвященных небесным картам Северного и Южного полушарий

Российский мастер, член академии AHCI Константин Чайкин создал линию часов Levitas, где прозрачный циферблат обрамляет полумесяц, украшенный флорентийским узором из нефрита, малахита, опала и лазурита. А Harry Winston в коллекции этого года Avenue C Precious Marquetry вместо камней использовал различные по цвету и фактуре кусочки перламутра

Живопись на перламутре

Как известно, коллекция китайского императорского двора, пока ее не разворовали во время Гоминдановских войн, включала сотни часов, шкатулок и табакерок с эмалевыми и перламутровыми миниатюрами. Принцип нанесения рисунка на перламутр частично схож с эмалью: тот же точечный многослойный фон и постепенное введение оттенков, – однако более сложен и трудоемок, потому что структура раковины очень хрупкая и имеет обыкновение расслаиваться при обжиге. Любое неверное движение или неточность в расчетах при создании перламутровой миниатюры может привести к гибели всей работы. Например, главному современному специалисту по перламутровой живописи Андрэ Мартинесу требуется 250 часов, чтобы только создать эскиз на поверхности циферблата. При этом мастер не отрывается от микроскопа.

Процесс создания миниатюры на эмали занимает восемь длительных и трудоемких этапов, например, для изготовления модели Bovet Amadeo Fleurier 43 Year of the Horse, посвященной году Лошади.

Перламутровые барельефы

«Мать жемчуга», как переводится со многих языков название перламутра, считается одним из старейших декоративных природных материалов. В Древнем Риме перламутр был символом власти и мудрости, из него изготавливали талисманы, поскольку верили, что он приносит удачу. У перламутра есть один существенный недостаток – он довольно хрупок. Поэтому резные барельефы из этого тонкого и слоистого материала требовали большого внимания и искусства, которыми особенно прославились китайские мастера. К их опыту и обратились современные часовые художники.

В Van Cleef & Arpels еще со времен коллекции Four Seasons заметили, что резной перламутровый диск, парящий над эмальерным рисунком, придает всей композиции воздушность и изысканность. Этот прием был использован и в коллекции 2014 года Lady Arpels Zodiac, в которой 12 моделей представляют все знаки зодиака. Коллекция разбита по цветовой гамме на четыре стихии, и в каждой из них присутствуют накладные объемные элементы из резного перламутра, изображающие облака, волны, листья или языки пламени.

Создание модели Bulgari Bulgari Tourbillon Il Giardino Tropicale, сочетающей перламутр с перегородчатой эмалью и инкрустацией, потребовало титанической работы

Кружева

Искусство lesage – плетения кружев – невероятно многообразно. В средние века практически каждый регион Европы имел свою оригинальную технику плетения ( знаменитые брюссельские и фламандские кружева, ирландский tutting, выпуклое венецианское кружево, фриволите и так далее ). Без кружева невозможно представить высокую моду, и неудивительно, что дом Chanel нашел способ привнести это воздушное искусство в часовые коллекции. В новой линии этого года представлены две уникальные модели Mademoiselle Prive Decor Camelia Brode. Камелии из золотых нитей, жемчуга и золотых пайеток украшают оба циферблата, созданных мастерами ателье Lesage. Каждая из моделей представлена в единственном экземпляре.

Marqueterie

Деревянная мозаика, или «маркетри», достигла своего наивысшего расцвета во Франции, в XVII веке – в эпоху классицизма. Это оригинальная техника рисунка из тонких щепочек, отличающихся по цвету и фактуре (фактически как флорентийская мозаика для дерева), была очень популярна для украшения мебели. В современном часовом искусстве словом Marqueterie стало принято обозначать едва ли не любую мозаику (видимо, потому что звучит необычно), но исторически речь идет именно об украшении циферблата узором из дерева. Лидерами в области «живописи щепками» в наши дни являются Patek Philippe и Cartier. Первый Дом еще в 2011 году выпустил лимитированную модель Tiger Marquetry, а через год развил идею, выпустив часы Calatrava Rabbit. Для Cartier циферблаты с изображением льва, медведя и панды создал художник Жером Буттесон. Дом Hermes не пленился мотивами животных и ограничился моделью Arceau Marqueterie de Paille с циферблатом по мотивам паркета. Увлечение деревянной мозаикой маркетри не обошло стороной и Мишеля Пармиджани.

P.S. Plumasserie

Два года назад один коллекционер, посетивший выставку в Базеле после большого перерыва, в недоумении воскликнул: «Почему теперь все украшают циферблаты перьями? Неужели у них кончились бриллианты?!». Бриллианты, конечно, вечны, но оказалось, что в последнее время все большей популярностью пользуются украшения, созданные из самых хрупких и биоразлагаемых материалов – перьев, цветочных лепестков (Cartier) и крыльев бабочек (ArtyA).

Искусство Plumasserie, или плетения павлиньих перьев, было очень популярно в XIX веке, но вышло из моды вместе с кринолинами. Сегодня им владеют считанные единицы. Первой стала парижская художница Нелли Сонье, которая в 2012 году создала циферблаты для коллекции Harry Winston Feathers. Dior представил украшенный перьями ротор в коллекции VIII Grand Bal Plume, а в этом году Feather Watch с циферблатом из перьев павлина представила марка Corum. Видимо, в сочетании солидного золота и эфемерных перьев яснее всего раскрывается метафора ускользающего времени.

Два года назад один коллекционер, посетивший выставку в Базеле после большого перерыва, в недоумении воскликнул: «Почему теперь все украшают циферблаты перьями? Неужели у них кончились бриллианты?!»

Похожие статьи: